В карты играл он без ошибки и имел репутацию приятного игрока, потому что был снисходителен к ошибкам других, никогда не сердился, а глядел на ошибку с таким же приличием, как на отличный ход. Потом он играл и по большой, и по маленькой, и с
крупными игроками, и с капризными дамами.
Это был типичный ярмарочный шакал, необходимая свита при каждом
крупном игроке. Он униженно кланялся при каждом слове и постоянно улыбался принужденной льстивой улыбкой. Усадив Привалова, шакал смиренно отошел в темный уголок, где дремал на залитом вином стуле.
Игра составляет главный доход клубов, и чем
крупнее игроки в них, тем выгоднее для его собственников или акционеров, так как с каждого закладываемого банка берется известный процент в пользу клуба, называемый «l'argent de la Caniotte».
В дом Шереметева клуб переехал после пожара, который случился в доме Спиридонова поздней ночью, когда уж публика из нижних зал разошлась и только вверху, в тайной комнате, играли в «железку» человек десять
крупных игроков. Сюда не доносился шум из нижнего этажа, не слышно было пожарного рожка сквозь глухие ставни. Прислуга клуба с первым появлением дыма ушла из дому. К верхним игрокам вбежал мальчуган-карточник и за ним лакей, оба с испуганными лицами, приотворили дверь, крикнули: «Пожар!» — и скрылись.
Неточные совпадения
Между актерами было, конечно, немало картежников и бильярдных
игроков, которые постом заседали в бильярдной ресторана Саврасенкова на Тверском бульваре, где велась
крупная игра на интерес.
Члены Охотничьего клуба, избранные и сюда, сумели организовать
крупную игру, и штрафы с засидевшихся за «железкой»
игроков пополняли кассу.
Но никто на них не обратил внимания. Поздние
игроки, как всегда, очень зарвались. Игра шла очень
крупная. Метал Александр Степанович Саркизов (Саркуша), богатый человек и умелый
игрок, хладнокровный и обстоятельный. Он бил карту за картой и загребал золото и кредитки.
Привалов вздохнул свободнее, когда вышел наконец из буфета. В соседней комнате через отворенную дверь видны были зеленые столы с
игроками. Привалов заметил Ивана Яковлича, который сдавал карты. Напротив него сидел знаменитый Ломтев, крепкий и красивый старик с длинной седой бородой, и какой-то господин с зеленым лицом и взъерошенными волосами. По бледному лицу Ивана Яковлича и по
крупным каплям пота, которые выступали на его выпуклом облизанном лбу, можно было заключить, что шла очень серьезная игра.
Сами клубы заботились о привлечении
игроков, в особенности
крупных, и с этой целью они устраивали празднества и обеды, приглашая на них известных club-man-ов и любителей игры.
Я помню только, что у меня было ощущение
игрока в азартную и большую игру, когда ставка составляет
крупный куш, когда поставлены последние деньги и он думает: «дана» или «бита».
Он вспомнил, что при въезде в город видел ряд постоялых дворов. Пятак он оставил в кармане для уплаты за ночлег, а за две копейки купил мерзлого хлеба и, спрятав в карман, ломал по кусочкам и ел из горсти. Это подкрепило силы. Проходя мимо часового магазина, он взглянул в окно. Большие стенные часы показывали семь. Было еще рано идти на постоялый двор, и Иванов зашел в биллиардную. Комната была полна народом. Шла
крупная интересная игра. Публика внимательно следила за каждым ударом двух знаменитых
игроков.